Смотреть на душу, Хантер Бомон

Предлагаю Вашему вниманию очень важный отрывок из книги «Смотреть на душу»

Будучи родителями, все мы порой, даже сами того не желая, причиняем своим детям боль. За редким исключением, все мы хотим, чтобы нашим детям жилось хорошо. И мы знаем, как отрадно для нас видеть, что у них действительно все хорошо, и как мы страдаем вместе с ними, когда им плохо. Раз для нас это так, то, наверное, так же было и для наших родителей. Это означает, что разниц между тем, что мы делаем, и тем, чего мы на самом деле хотели бы в своем сердце, остается большим источником страдания и для родителей,  и для детей. И для тех, и для других поступки имеют больше последствий, чем намерения.

девочка

Опыт психотерапии подтверждает, что некоторым людям удается избавиться от последствий детского опыта, в то время как другие продолжают все так же сильно от них страдать. Часто, вместо того чтобы взять и привести свою жизнь в порядок, чтобы и нам, и нашим родителям было хорошо, мы только и делаем, что злимся на родителей или на общество, “Мои родители на дали мне того, что мне нужно. Мне плохо, потому что общество сделало то-то или не сделало то-то”. Мне представляется, что проблема отчасти в том, что жертвы и агрессоры нуждаются друг в друге. Вместе они образуют систему. Без агрессора нет жертвы, а без жертвы нет агрессора. Жертва и агрессор образуют системное единство. Пока я считаю себя жертвой, мне необходим агрессор. Если я больше не не хочу видеть в себе жертву, мне нужно отпустить моего агрессора.

Страдая в детстве от причиняемой родителями боли, мы воспринимаем наших могущественных родителей как агрессоров, а себя в системе жертва-агрессор мы расцениваем как жертву. Позже, когда мы понимаем, что жизнь из позиции жертвы далеко не оптимальна, мы сталкиваемся с той проблемой, что для того, чтобы отказать от роли жертвы, нам нужно отказаться и от обвинений в адрес наших родителей.

Если мы хотим перестать обвинять родителей, мы должны быть способны перестать идентифицировать себя с жертвой и со страданиями. Сделать этот шаг — отказаться от идентификации себя как жертвы — крайне трудно. Это значит отказаться от самой идентичности, чтобы обрести новую. На это требуется сила. Откуда она берется? Силу, которая поддерживает нас в том, чтобы найти себя в этом мире, мы называем силой отца.

Но что, если сила отца не была хорошей Если он обижал, угрожал, был жесток? Бывает, что на отца действительно нельзя было рассчитывать, потому что он был душевнобольным или алкоголиком. Возможно, отец избивал, насиловал ребенка или поднимал руку на мать. На психотерапии люди из таких семей говорят: “Я не мог на него рассчитывать, я не чувствовал, что могу на него опереться”. Что они могут сделать в этом случае?
Им кажется, что они в заколдованном кругу. Они больше не хотят страдать и чувствовать себя жертвой. Это значит, что для того, чтобы обрести новую идентичность, им нужно отказаться от старого ощущения, что они — жертвы. Но пока они чувствуют себя жертвами, они не могут измениться, поскольку, если бы жертва могла сделать что по-другому, она не стала бы жертвой. Жертва считает себя отрезанной от энергии действия и самоопределения. Только агрессор, злодей обладает силой действовать и решать. Он совершает деяние, поскольку обладает необходимой для этого энергией. А жертва потому и жертва, что не могла управлять происходящим.

Кто больше не хочет быть жертвой, должен найти энергию, силу для действия и самоопределения. Тут человек парадоксальным образом должен стать таким, как его отец. Тот, кто страдал из-за своего отца, естественно, не хочет стать таким, как он. Если “не стать таким” значит не иметь силы к действию, то человек остается жертвой. Чтобы принять в свое сердце энергию отца, нужно опять же быть готовым отказаться от своей идентичности как жертвы и сблизиться в виновной энергией отца. Но отказаться от этих идентичностей, окунуться в возникающий в этой связи хаос и выдержать его, пока не найдешь новую идентичность можно только если чувствуешь внутри себя любовь и добрую силу отца.

Как такое возможно? Как ребенку найти доступ к доброй силе своего “злодея-отца”? Мы не можем стереть факты прошлого. Но иногда мы в некоторой степени можем менять их влияние и значение для нашей жизни. Это получается не всегда, но если страдаешь от последствий прошлого, почти всегда имеет смысл поискать такую возможность.

Дети (даже если они делают это не по своей воле и не имеют подлинной альтернативы) соопределяют масштаб несчастья, к которому приводят поступки родителей. Однако вина и ответственность остаются полностью на родителях. Чтобы между родителями и детьми могли установиться добросердечные отношения, родители не должны требовать от детей, чтобы те сняли с них вину. Однако именно дети определяют долгосрочные последствия того, что сделали родители. Поэтому они обладают колоссальной властью над своими родителями

Важно различить два понятия: отец-родитель — тот, кто зачал, и отце-воспитатель — тот, кто растил.

По крайней мере, с биологической точки зрения сама суть отца нацелена на то, чтобы детям было хорошо. Он хочет, чтобы дети не просто выжили, но еще и росли и развивались. Если этого не происходит, значит что-то этому помешало. Кто-то говорит здесь о “неврозе”  или “характере”, но я считаю, что более подходящим будет слово “переплетение”, так как оно подразумевает в том числе наши социальные и исторические связи и обязательства. Переплетения отдаляют нас от нашей сути и отдают на произвол тяжелому наследию прошлого. Они заботятся о том, чтобы зло из прошлого продолжало деструктивно действовать и в настоящем

Проведя разницу между сутью или сердцем отца и его переплетением, мы сможем провести разницу и между нашим отцом, каким он стал под влиянием своей судьбы, и нашим отцом, каким он хотел бы стать, будь у него другая судьба. Если у нас это получится, то мы еще сможем обратиться к сути отца, даже если он давно умер. (стр. 17-19, Хантер Бомон, “Смотреть на душу”)

ЗДОРОВЬЕ

Добавить комментарий

Текст перед формой:

Комментарий
Имя*
Mail (Почта)*
Website (Сайт)*

один × 1 =